Главная страница  -  Мы думаем


06.09.2018   Сама прошла все круги ада. Теперь готова помогать другим

 

Екатерина Ткачук, кандидат в депутаты Сейма от Риги


 

Я из интеллигентной, высокообразованной семьи. Папа – капитан ракетных войск, мама – архитектор, закончившая университет с красным дипломом. Понятно, что к образованию детей (нас в семье трое) родители подходили трепетно.

 

О своем опыте образования и хочу рассказать.

 

В 32-й, некогда русской школе, которую я закончила, уже с пятого класса ввели билингвальное обучение. Географию и историю вели на государственном. Латышский язык преподавался из рук вон плохо, учитель был откровенно слабый, признавал только метод кнута и никакого творчества. А когда что-то заставляют из-под палки, на выходе, как правило, ноль.

 

Тем не менее в техникум я пошла учиться на латышский поток, просто потому, что русского по выбранной мною профессии не было. Сказать, что было сложно, значит ничего не сказать. Выручало то, что педагоги относились ко мне весьма лояльно, в школе я была отличница и это учитывалось. К концу второго года обучения я заговорила на латышском. Да, не перфектно, да, с ошибками, но говорила – у меня была мотивация и у меня были хорошие преподаватели.

 

Но язык, что самое печальное, не был главной проблемой. Программу по профессии мы учили по русским учебникам! Для нас важно было освоить свою специальность и стать грамотными специалистами. Учебники, которые предлагал техникум, увы, этого не давали. Кстати, это признавали сами педагоги и сами советовали литературу на русском языке.

 

После техникума решила продолжить учебу в дизайнерской школе. Выбрала самую серьезную, дающие право по их окончании работать по специальности. И вновь та же ситуация: преподавание велось на латышском языке, вся литература, все источники информации использовались на русском.

 

И наконец мое третье образование в Балтийской международной академии (управление средним и малым бизнесом) прошло на русском языке. Получила колоссальное удовольствие от самого процесса учебы, прекрасно освоила профессию и сегодня я – помощник директора крупной книжной фирмы.

 

К чему все это рассказала? Никого не хочу обидеть, но методики преподавания во многих учебных заведениях в Латвии на латышском языке все еще на слабом уровне. Они заметно отстает и от российских, и от европейских. Вот на что, на мой взгляд, должны быть направлены усилия министерства науки и образования, а не на сомнительную, непрофессиональную, откровенно скандальную «реформу Шадурскиса».

 

Моя дочь в этом году пошла в первый класс. Естественно, в русскую школу. Я – русская, в семье говорим на русском. Шадурскис предлагает мне с родным ребенком говорить на разных языках? Нет. Меня это не устраивает.

 

Когда пришло время садиков, многие мои знакомые мамочки отдали своих деток в латышские сады - ну, чтобы в будущем у них не было проблем с государственным. И многие потом жалели. Во-первых, потому что для малыша чужая языковая среда – сильнейший психологический и эмоциональный стресс. Во-вторых, да язык дети худо-бедно осваивают, но точно также они могут его освоить и в школе при грамотном, творческом, профессиональном подходе к делу. Вообще, создается такое впечатление, что главная цель и задача латышских школ (а теперь еще и русских, которые превратят в а-ля латышские) одна – освоить государственный язык. Знание остальных предметов – вторично. А потом, когда наши выпускники школ и институтов выходят на рынок труда, вдруг обнаруживается, что в профессии своей они-то и не разбираются, либо весьма слабо. Медвежью услугу мы оказываем нашей молодежи. И русской, и латышской.

 

К нам на фирму часто приходят иностранные студенты, желающие работать, великолепно разбирающиеся в своем деле. Но он не говорит на латышском и точно знают, что у них нет в этой стране перспектив ни в плане гражданства, ни в плане карьерного роста. Зачем им оставаться в Латвии?

 

С этой проблемой я и пришла в партию Русский союз Латвии, единственной партии, взявшей на себя обязательства отстаивать интересы русских жителей страны. У меня подрастает дочь, и я сама хочу решать ее судьбу, а не доверять ее будущее малообразованному г-ну Шадурскису.

 

Если наши избиратели поддержат партию, отдав свои голоса, если я попаду в Сейм, то работать я хочу в отделе по защите прав латвийских семей, у которых отняли детей. По сути это ювенальная служба. Мое решение осознанное, выстраданное личным опытом.

 

Так уж случилось, что сама пережила этот кошмар. В процессе развода мой бывший муж выкрал у меня дочь. И девять месяцев я ничего не знала о ее судьбе, девять месяцев я сражалась с нашей ювенальной системой, чтобы доказать, что я имею право на своего ребенка, любимого, окруженного заботой и уходом. Я прошла все круги ада, пережила самые нелогичные, самые горькие и унизительные ситуации. И вернула свою дочь!

 

Теперь я знаю все. Какие инстанции надо пройти, какие документы собрать, как говорить с инспекторами, о какие подводные камни могут споткнуться родители, в какие ловушки угодить. Я реально могу помочь многим пострадавшим семьям. Готова решать эти сложнейшие вопросы, у меня есть не только желание, но и опыт, знания. Я уже помогаю таким семьям. Но как депутат, конечно же, буду иметь другие полномочия, юридические возможности. А значит помощь моя будет более эффективнее.


 


 


 


 


 

 


 


 


 


 

Комментарии


Символов осталось: