Главная страница  -  Наши события


27.03.2018   Как они повышают нашу конкурентоспособность

Как они повышают нашу конкурентоспособность

Главной темой назначенного на 31 марта 2018 года Вселатвийского родительского собрания является обсуждение принятых парламентом 22 марта предложений правительства о переводе образования в русских школах на латышский язык.

Сопредседатель Латвийского комитета по правам человека Владимир Бузаев специально для собрания поделился информацией комитета о том, как повлияло на конкурентоспособность русских школьников уже происшедшее ранее частичное введение в наших школах латышского языка в качестве языка образования.

Предмет статьи – международные рекомендации в части обучения на родном языке, сравнительный анализ динамики результатов школьных экзаменов в латышских и русских школах, возможности получения высшего образования после окончания средней школы.

Основные выводы: реальные цели правительства прямо противоположны декларируемым; внедрение латышского языка в качестве языка обучения предпринимается с целью снижения конкурентоспособности представителей нацменьшинств и попутно способствует дезинтеграции общества

 

 

Владимир Бузаев, сопредседатель Латвийского комитета по правам человека специально для Вселатвийского родительского собрания

 

Необходимость принятых Сеймом 22 марта поправок к закону об образовании законодатели обосновывали стремлением к интеграции общества и повышению конкурентоспособности наших детей на рынке труда и/или при продолжении обучения на латышском языке.

Как та часть общества, в которую нас стремятся интегрировать, понимает этот процесс, я сужу по результатам дежурства на страничке РСЛ в фейсбуке. Когда мы пытаемся «поднять» ту или иную публикацию, посвященную проблемам образовательной реформы, то неизбежно вторгаемся в «титульную» часть социальной сети. Ну и получаем ушаты помоев на свою голову.

Наиболее популярны сентенции о том, что мы де «не желаем учить латышский язык», русских школ полно по ту сторону Зилупе, и «нигде в мире» государство не содержит школ с иным языком обучения, кроме государственного. Мы конечно же просвещаем «аборигенов» на предпочтительном для них языке. Но «интеграция» в этом духе это скорее забота о них, а мы ниже постараемся разобраться с заботой о нас.

 

Полный перевод средней школы на латышский язык обучения был предусмотрен еще в первоначальной редакции закона об образовании (29.10.1998).

Как и в нынешних поправках к закону об образовании, был предусмотрен переходный период (до 1 сентября 2004 года), но соответствующая норма в силу так и не вступила. Случилась школьная революция, и после того, как осела пыль, поднятая ногами десятков тысяч протестующих школьников, в законе объявилась пока еще действующая водочная языковая пропорция 60:40.

Частью революции было обращение 20 депутатов в Конституционный суд. Последовавшее в 2005 году решение «реформу» утвердило, но продемонстрировало и определенную обеспокоенность судей. В своем решении (п. 20.2.3) суд потребовал от государства вести мониторинг влияния внедрения латышского языка в школах меньшинств на качество образования, предположив, что в случае отсутствия мониторинга “может возникнуть ситуация, когда любые изменения, внесенные в систему образования, не достигают своей цели, и процесс образования теряет смысл”.

Государство эту часть решения проигнорировало, но Латвийский комитет по правам человека мониторинг ведет, периодически обобщает его результаты, делится выводами с международными правозащитными структурами, а иногда и с местными читателями.

Выводы прямо противоположны правительственным даже на уровне целеполагания: насильственное внедрение латышского языка в качестве языка обучения предпринимается с целью снижения конкурентоспособности представителей нацменьшинств и попутно способствует дезинтеграции общества

И эти выводы, в отличие от правительственных, прямо опираются на факты.

 

Факт № 1. Мнение международных экспертов

Мнений много, и все они однозначны – чем больше родного языка в образовании нацменьшинств, тем лучше.

Вот отдельные примеры.

 

Мнение ОБСЕ (1996)

ГААГСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ О ПРАВАХ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ НА ОБРАЗОВАНИЕ

http://www.osce.org/ru/hcnm/32190?download=true

 

Первые годы обучения имеют решающее значение для развития ребенка. Согласно исследованиям в области образования, родной язык ребенка является идеальным средством обучения в дошкольный период и в детском саду.

Исследования также показывают, что учебная программа в нaчaльной школе в идеале должна преподaвaться нa языке меньшинства.

Значительная часть учебной программы в средней школе должна преподaвaться нa языке меньшинства. Язык меньшинства должен преподaвaться как учебный предмет нa постоянной основе. Государственный язык также должен преподaвaться как учебный предмет нa постоянной основе, предпочтительно двуязычными учителями, которые хорошо понимают культурные и языковые особенности происхождения детей. В течение этого периода число предметов, преподаваемых нa государственном языке, должно постепенно увеличиваться.

 

Мнение ЮНЕСКО (2014)

http://www.unesco.org/new/ru/social-and-human-sciences/themes/sv/news/multilingualism_a_key_to_inclusive_education/

ЮНЕСКО призывает страны применять подход, предполагающий двуязычное .. образование на основе использования родного языка.  Данный подход является важным фактором инклюзивности и качества образования.

Исследования показывают, что двуязычное … образование на основе использования родного языка оказывает положительное влияние, как на сам образовательный процесс, так и на результаты обучения.

Например, в Камеруне дети, которые получают обучение на местном языке ком, достигли значительно больших результатов в чтении и понимании по сравнению с детьми, получавшими обучение исключительно на английском языке.

Исследования также показали, что многоязычное образование на основе родного языка оказывает положительное влияние на изучение второго языка.

 

Мнение специального докладчика ООН по вопросам меньшинств (2017)

http://www.ohchr.org/Documents/Issues/Minorities/SR/LanguageRightsLinguisticMinorities_RU.pdf

После трех лет обучения на родном языке (малайском) на юге Таиланда, результат успеваемости первоклассников (6-7 лет), которые обучались на родном языке, был в среднем на 40 процентов выше по таким предметам как чтение, математика, обществознание и тайский язык, по сравнению с детьми в государственных школах, которые обучались только на тайском языке; мальчики, принадлежащие к малайскому меньшинству, на 123 процентов имели больше шансов сдать экзамен по математике.

 

МНЕНИЕ ПАСЕ (2018 год, принято в тот же день, когда правительство передало в Сейм поправки к законам об образовании)

http://assembly.coe.int/nw/xml/XRef/Xref-XML2HTML-EN.asp?fileid=24410&lang=en

 

Любой язык представляет собой самостоятельную ценность, и он жизненно необходим для воспроизводства культуры общины. Языкам национальных меньшинств статус второго официального там, где он традиционно употребляется. Язык обучения своих детей должны определять родители. Никакие образовательные реформы не должны ухудшать условия обучения на родном языке в учебных заведениях национальных меньшинств.

 

Рассмотрим более подробно опыт Юнеско 2014 года в отношении Камеруна.

Камерун, страна в западной части центральной Африки, развивается, как независимое государство, уже 58 лет. Это (за вычетом 50 лет «оккупации») на 16% дольше, чем период независимого развития Латвии. В Камеруне два государственных языка: английский и французский. Тем не менее, перевод школьного образования с государственного английского языка на родной язык детей «ком» дал положительные результаты. И это при том, что в начале нынешнего десятилетия США и Великобритания вместе издавали около 490 тысяч книг в год, а на языке «ком», видимо, издаются только школьные учебники.

Уверения в том, что переход в образовании с родного русского на неродной латышский язык благотворен, следует оценивать в свете того факта, что Россия в год издает более 100 тысяч книг, а Латвия – неполные 2 тысячи.

 

Факт №2 – Сравнительные результаты школьных экзаменов в период прогрессирующего внедрения латышского языка в качестве языка обучения1 (полный цикл «билингвизма», включая основную школу, прошли выпускники 2014 года). Для математики, самого распространенного из предметов среди преподаваемых на латышском языке2, картина выглядит следующим образом:

 

 

 

 

 

 

Наблюдающаяся в 2009 году заминка в победном шествии билингвизма обусловлена тем, что с 2009 года математика стала обязательным экзаменом, и контингент экзаменуемых лиц существенно расширился (по Риге – в 1,6 раза).

В целом по стране наблюдается следующая картина: в начале процесса «латышизации» русские школьники знали математику, лучше латышских, в конце процесса – ситуация обратная.

Для остальных предметов, исключая сами языки, картина та же.

 

 

Факт №3 – сравнительные результаты выпускного экзамена в средней школе по латышскому языку и литературе. 

 

Столбец С - ученики школ с русским языком обучения; Столбец D - ученики школ с латышским языком обучения; 

 

 

 

Результаты экзаменов в русской школе за первые 7 лет, когда язык преподавался, как иностранный, стабильно высокие. С 2010 года начиная с 10-х классов в русских школах ввели единую с латышскими школьниками методику преподавания языка и литературы, а в 2012 году – и единый экзамен. 2011 год – промежуточный, когда методика экзамена была сближена частично.

В Латвии эта часть «реформы» прошла незамеченной за исключением нескольких возмущенных публикаций3.

Внедрение единого экзамена по государственному языку в польских (и русских) школах Литвы вызвало в 2011 году массовые демонстрации протеста школьников и учителей. Посол Польши в Вильнюсе был даже временно отозван в Варшаву «для консультаций».

В 2015 году планы закрытия 14 польских и русских школ, а также введение единого экзамена по литовскому языку в очередной раз вызвали массовые протесты в лучших традициях латвийских школьных забастовок 2003-2004 гг.: родительский форум польских школ Литвы, возмущенный проводимой властями страны реформой в области образования, организовал в среду [2 сентября] акцию протеста, которую назвал забастовкой "пустых парт". Вместо уроков родители отправили детей на всеобщий молебен, который состоялся в столичном костеле Святой Тересы, в Остробрамской часовне.

Что касается Эстонии, то там так и не дошли до такого уровня «заботы» о русских школьниках. Эстонский окружной суд, отклоняя жалобу одной из русских школ по другому поводу, в своем решении 2016 года отметил: «Неверно утверждение, что к учащимся на эстонском языке русским такие же требования, что и к эстонцам. Русские сдают выпускной экзамен по эстонскому языку как по-иностранному, вместо обычного экзамена по эстонскому языку, который сдают эстонские выпускники. Также им оказывается дополнительная помощь в изучении эстонского языка. Поэтому не соответствует действительности утверждение, что русских детей дискриминируют. При дискриминации одно лицо оказывается в худшем положение, чем другое. В данном же случае государство озабоченно обучением эстонскому языку русских детей больше, чем эстонских».

Из решения суда ясно следует, что латвийских и литовских школьников из числа нацменьшинств единым экзаменом с школьниками титульных наций по государственному языку как-раз дискриминируют.

Уровень этой дискриминации прекрасно иллюстрируют раздельные результаты четвертого по счету единого экзамена 2015 года такие же катастрофические, как и в остальные годы.

 

 

 

На рисунке представлен сравнительный анализ результатов экзаменов 2015 года среди 6285 выпускников латышской, и 1579 — русской школы (все дневные средние школы и гимназии всех типов).

На низшую категорию (А1) сдали всего 25 латышских школьников, и целых 102 русских. Зато на высшую (С2) — соответственно 637 и 8. Средний балл у первых около 60, у вторых — всего 40, что примерно равносильно твердой тройке и уверенной двойке по привычной для моего поколения 5-ти бальной системе.

Этого и следовало ожидать от постановки заведомо неравных групп в равные условия, благоприятные только для одной из них. И таких же результатов следует ожидать от перевода на латышский язык преподавания любых предметов – от математики до вышивания крестиком.

Такая разница в результатах экзамена, учитываемого при поступлении в большинство латвийских вузов, ставит латышских и русских школьников в заведомо неравное положение при занятии мест, финансируемых из госбюджета.

 

К тому же, методика преподавания в русских школах латышского языка, как родного, по сравнению с применением прогрессивных методик преподавания неродного языка, как иностранного, неизбежно ведет к объективному ухудшению знания школьниками языка, необходимого им как воздух при продолжении образования в Латвии. Процесс «интеграции» тут выражается в одной фразе: нам не нужно, чтобы вы знали наш язык, нам нужно, чтобы вы знали свое место.

 

Возможно, что правительство побудил к ликвидации системы образования на русском языке как раз тот факт, что эксплуатировать преимущества латышского языка, как родного, с каждым годом становится все труднее. Сегодня латышский язык знают около 90% представителей нацменьшинств (в 1989 – 23%, 2000- 53%) а в целом латышский язык знают 97% жителей4. Для сравнения, в 1930 году латышским языком владели только 84% жителей5.

В свою очередь, русский язык изучает лишь около половины латышских школьников. Это привело к тому, что уровень безработицы среди латышской молодежи в последние годы на 20-30% выше такового у выпускников русских школ.

 

 

Факт №4 Доля студентов от нацменьшинств в вузах

 

В 1984/85 уч. году в вузах СССР обучались 25,3 тыс. этнических латышей, в том числе в вузах Латвии – 23,3 тыс. Это составило 51% всех латвийских студентов, при том, что по данным переписи населения 1989 года латыши составляли лишь 49,7% в возрастной группе 20-24 года.

Статистика по этническому составу студентов ныне не публикуется, но есть результаты опросов различной степени представительности. Опросы показывают, что доля таких студентов существенно ниже доли учащихся нацменьшинств в средней школе и уменьшается со временем: 2009 год – 26% к 31%, 2011 – 25% к 28%, 2013– 20% к 27%.

В довоенной Латвии, где в школах обучение проводилось почти исключительно на родном языке, а в вузах, как и сейчас, преимущественно на латышском, это соотношение прямо противоположно: 36% к 27%. Вот этого то и боятся нынешние власти, усиливая конкурентоспособность латышской молодежи нечестными методами.

Вопреки расхожему мнению о «некультурных мигрантах» уровень образования русскоговорящего населения в советское время был существенно выше, чем у латышей. В результате принятия мер «по повышению нашей конкурентоспособности» по доле лиц с высшим образованием обе общины поменялись местами.

 

Как видите, «реформа» образования уже достигла своей истиной, а не декларируемой цели. Продолжение следует…

1 Источник, официальные данные централизованных экзаменов по всем дневным общеобразовательным школам.

 

2 много часов преподавания, которыми легко заполнить предписанную законом или моделями пропорцию

 

3 «Единый экзамен по латышскому снизил показатели всех русских школ», Юлия Александрова, газета 
«Вести сегодня» от 2 ноября 2012 года: http://vesti.lv/society/415-42244/32240-226481.html

4
 Valodas situācija Latvijā: 2010–2015 - https://valoda.lv/wp-content/uploads/aktual/Val_sit_informat_lapa_3.pdf

5
 Latvijas kultūras statistika. 1918.-1937, Sastādījis V. Salnītis. Redigējis M. Skujenieks, Valtera un Rapas, 1938, стр. 103

Читайте также


Комментарии


Символов осталось:  

галия   2018-03-30 13:08:49

Удивляет лишь одно. Почему мы удивляемся тому, что нас, руссковорящих, желают ассимилировать? Русский дух и Русью пахнет никто, нигде не отменял и не

галия   2018-03-30 13:10:27

отменит. Нас опасаются за вольность духа. Им, другим, это не понятно. А то, что не понятно- страшно.