Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Параллели истории


13.08.2004   Диктаторы могут быть скупыми, но не бедными

 

Когда министры плачут

  

Их называли цветом нации. Господа министры и депутаты Первой республики хотели красть дворцы, деньги, высокие должности. Многое ли изменилось через 70 лет?

 

Замок для “Черного Атиса”

 

70 лет назад  - летом 1934 года - Латвия содрогалась от скандалов. Приватизировав власть, организаторы государственного переворота хотели убедить народ, что спасают страну. И Карлис Улманис начал выводить политических конкурентов на чистую воду: мол, депутаты и министры все разворовывали, а мудрый вождь остановил беспредел. Начались процессы над политиками, и страна содрогнулась от масштабов воровства.

В июле 1934 года внимание прессы привлекла информация Госконтроля о жуткой ситуации в Фонде культуры. В заключении Госконтроля утверждалось, что кассир фонда присвоил крупные суммы, инспектор фонда не мог отчитаться, куда делись три миллиона латов. В скандале оказались замешаны многие известные в Латвии люди, в том числе бывший министр образования Атис Кениньш. Утверждалось, что он получил из фонда 200 латов и потратил неизвестно на что. Почтеннейшая публика поразилась: как столь масштабный чиновник мог опуститься до таких мелких делишек?

Поясню. В то время Кениньш уже был известен как неудачливый, но очень большой любитель чужого добра. В 1932 году, будучи министром образования, “черный Атис” попытался наехать на русские средние школы. Хотя речь шла вроде о такой мелочи, как уменьшение числа надзиравших за школами чиновников, русские депутаты потребовали отставки правительства. Началась борьба, в результате которой Кениньш остался без министерского портфеля. Русская газета “Сегодня” сообщила, что, покидая министерство, Кениньш решил кое-что с собой прихватить. А именно заключил с общественной организацией (которую сам же и возглавлял) договор о бесплатной долгосрочной аренде Рундальского дворца. Однако незадачливый прихватизатор был тут же разоблачен и остался без дворца. А в 1934 году, как уже говорилось, появились утверждения Госконтроля, что тонкий ценитель самого красивого замка Латвии не брезговал и 200 латами. Впрочем, отнюдь не информация Госконтроля стала главным скандалом месяца.

 

Сахарная афера

 

В июле 1934 на скамье подсудимых оказался Янис Аннус - бывший министр финансов в правительстве Адолфса Блодниекса (возглавлял кабинет до марта 1934 года). В суде лучшие адвокаты Латвии допрашивали свидетелей - бывшего главу правительства, депутатов Сейма. Звучали страшные обвинения: крупнейшие политические партии финансировались с помощью афер государственного масштаба!

Аннуса обвиняли в сознательном причинении вреда государству. Незадолго до того как в Латвии вырос новый урожай сахарной свеклы, этот министр закупил в Литве две тысячи тонн литого сахара по завышенной цене. Выяснилось, что сахар плохой, его не удалось распродать, ущерб государства измерялся в сотнях тысячах латов. Не удивительно, что этот министр из влиятельной в начале 30-х годов партии новохозяев нервничал, говорил на следствии одно, а в суде - совсем иное. Председатель суда недоумевал: в российском торгпредстве в Риге можно было приобрести сахар по 240 латов за тонну, зачем понадобилось покупать у литовского посредника за 370 латов? Выяснилось, что провернувшая сделку на огромную сумму литовская фирма не имела в Каунасе даже офиса и вывески. Покупатели приходили прямо на квартиру литовского коммерсанта.

Аннус твердил одно: сахар был нужен стране, к премьер-министру Адолфсу Блодниексу поступали заявки на него от разных фирм. (В то время в Латвии существовала сахарная монополия, и лишь правительство могло закупать за рубежом этот товар.) В суде свидетель Блодниекс не подтвердил слова бывшего министра. Репортер газеты “Сегодня” так описал последовавшую за этим сцену: “Это показание, по-видимому, потрясло Аннуса. Его лицо стало подергиваться и он, отвернувшись к окну, закрыл рукой лицо, чтобы скрыть навернувшиеся слезы”. Позднее он пояснил суду, что забывчивость Блодниекса поразила его до глубины души.

 

Золото партий

 

В тот же день на процессе прозвучали обвинения против бывшего премьер-министра Блодниекса. Ревизор сахарной монополии Зелтинь заявил, что слышал о какой-то взятке в десятки тысяч латов. Он предположил: деньги давались не лично премьер-министру, а в предвыборный фонд его политической организации. На следующий день суд услышал заявление другого работника сахарной монополии: “До меня дошло много слухов о вознаграждении, которое получали партии”.  

Раз за разом служащие этой организации утверждали: речь идет о политическом деле. Еще один свидетель говорил даже о 150 тысячах латов для партии новохозяев, о том, что какое-то вознаграждение вроде бы получили и социал-демократы. 

Судья потребовал срочно доставить на заседание бывшего депутата Сейма, бывшего министра юстиции Юриса Паберзса. Тот со знанием дела пояснил: “Слухи ходили самые разнообразные. В то время вы услышали бы их от любого депутата Сейма. Но все они сходились в главном. Общий заработок на сахаре составил 140 тысяч латов. Из них 40 тысяч положили в карман купцы, а сто тысяч латов разделили два лица. Это Аннус и Блодниекс”.

В заключительной речи прокурор назвал виновным не только бывшего министра, но и бывшего главу правительства. Блодниекс, однако, отделался легким испугом. А вот Аннус получил три года исправительных работ. После чего обжаловал приговор.

 

Украденное кресло президента

 

Итак, с одной стороны коррумпированные министры и депутаты, с другой - Карлис Улманис - весь в белом. Было бы странно, если бы после переворота диктатора осмелились обвинять в воровстве. Но учтем, что еще в 1921 году правительство Карлиса Улманиса пало после коррупционных скандалов, а социал-демократы открыто называли Улманиса отцом коррупции. В 1923 году Улманис стал руководителем Латвийского крестьянского банка. Латышские историки Ниедре и Вирсис еще лет 15 назад утверждали: этому банку щедро выдавались государственные кредиты. В свою очередь, Улманис занял у банка 30 тысяч латов. После переворота государство списало сотни тысяч латов долга этого банка и приняло его в свое ведение.

Впрочем, ни в каких-то там жалких 30 тысячах латов дело. Карлис Улманис после переворота занимался прихватизацией с огромным размахом. К примеру, в 1936 году взял да и узурпировал президентское кресло, объявив самого себя назначенным на должность президента. Замечу, что эта должность после переворота стала бессмысленной: президент не имел возможности возвратить парламенту закон на повторное рассмотрение, созвать чрезвычайное заседание… Зато вместе с “титулом” Карлис Улманис получил в 1936 году в свое распоряжение летнюю резиденцию президента, президентскую охрану и Рижский замок. Куда там “Черному Атису” с его скромным желанием иметь в пользовании Рундальский дворец! Могут быть скуповатые диктаторы, но бедных диктаторов не бывает.

Со времени процесса над Аннусом прошло 70 лет. Периодически “пропадают” то три миллиона “Латвэнерго”, то иные очень крупные суммы. О нравах нынешней правящей элиты свидетельствуют мемуары экс-премьера Мариса Гайлиса. Он красочно описывает, как министр энергетики жаловался ему: мол, президент “Латвэнерго” угрожал, что министру переломают все кости перед тем, как убить. Вскоре после этого сам президент энергетического гиганта скоропостижно скончался, и Марис Гайлис утверждал, что не верит в естественную смерть данного деятеля. Политическая и экономическая элита бедноватой страны давно уже не скрывает своей роскоши. Пенсионеры ломают голову, как сделать, чтобы хватило на хлеб, а две депутатши прошлого Сейма устроили своего рода соревнование: одна за огромные деньги сшила национальный костюм, другая хвастала, что у нее есть эксклюзивное белье в национальном стиле…

Очевидно, что древний грек Гераклит был неправ: река времени течет, но мало что меняется.

 

Комментарии


Символов осталось: