Главная страница - Архив - 2011


26.10.2011   Яков Плинер. Все течет, все изменяется

Часы идут, дни бегут, годы летят…

На протяжении одного поколения в стране произошли огромные перемены – и в технике, и в политике, и в образе жизни.

Многие предметы, которые были широко распространены в обиходе еще двадцать, тридцать лет назад, ныне не просто стали редки. Они исчезли.

Начиная от стеклянных бутылок с молоком и кефиром с крышечками из фольги и ключей на бечевках, что носили на своих шеях ребятишки.

Не стало множества вещей: школьной формы, октябрятских звездочек и пионерских галстуков, комсомольских и партийных билетов.

Исчезли доски почета и стенды, на которых вывешивались газеты. Не стало сеток (авосек), автоматов с газировкой, отделов «Соки-воды» в магазинах. И перевернутых конусов с соками тоже не стало.

Не стало пишущих машинок и копировальной бумаги. Исчезли конторские счеты, арифмометры, таблицы Брадиса, логарифмические линейки.

Исчезли электронные лампы, катушечные магнитофоны, разумеется, бобины для них. А чуть позже исчезли и кассеты – наряду с кассетными магнитофонами.

Даже из туалетов практически повсеместно сгинули обрывки газет – их заменила туалетная бумага, как носовые платки заменили бумажными салфетками.

О каждом подобном предмете любой достаточно взрослый человек мог бы написать свою историю. Потому что у каждого из нас имелись собственные взаимоотношения с почти исчезнувшими предметами.

Благословенные времена! Тогда еще можно было починить телевизор своими руками. И радиоприемник – тоже. Не говоря уж об автомобилях, которые народ (за исключением профессоров, торговцев, деятелей культуры и искусства) ремонтировал самостоятельно.

В ту пору существовала целя каста умельцев, домашних мастеров – сегодняшним языком говоря – элита. По части общественного уважения они занимали промежуточную ступень: чуть ниже космонавтов, но выше академиков. К ним тащили на ремонт кофемолки, пылесосы, стиральные машины…

Двадцать, тридцать лет назад не было безработицы, не было бомжей, не было банкротств. Ценили и уважали стариков, а пенсии – от 90 до 132 рублей – вполне хватало на элементарно-нормальную безбедную жизнь.

Бесплатными были медицина и образование, путевки в санатории и дома отдыха, да и шесть соток под садик-огородик, пусть не всем, но тоже давали бесплатно.

Недавно одна бабушка-латышка в Талси мне сказала: «Пришли бы советские танки, я бы опять их встретила цветами». Воистину, что имеем, не храним, потерявши – плачем.

Что там плакать, ведь и видимости демократии было меньше, и высших руководителей партии и правительства критиковать было нельзя и за границу могли съездить только избранные…

Один из парадоксов тех времен: в магазинах полки полупустыне – дефицит, а холодильники у людей – «полным полна коробушка». Не столько покупали, сколько доставали, но было все.

Двадцать лет назад прогремела песенная революция, одним из лозунгов которой был: «Голодные, но свободные».

Стали ли мы свободными? Бо-о-о-ольшой вопрос. Вышли из состава СССР, вступили в ЕС и НАТО. Если раньше все сферы жизни определяла Москва, то сегодня – Брюссель и Вашингтон.

Да и могут ли быть голодные свободными? Не могут. Ведь голодный человек всегда зависим от подачек хозяина, от прихоти работодателя, от социальной помощи самоуправления…

Да, исчез дефицит. Полки магазинов ломятся от обилия продуктов, но почему-то мяса, рыбы, молока, овощей и фруктов народ потребляет намного меньше на душу населения, чем при советах.

Производит Латвия тоже намного меньше. Большинство земельных угодий лишь окашивается, большинство рыболовецких траулеров изрезано на металлолом. Сахарные заводы закрыты. Промышленное производство уничтожено. Нет больше латвийских радиоприемников, пылесосов, стиральных машин, мопедов, микроавтобусов «РАФ». Более 300.000 человек из-за безработицы были вынуждены уехать из страны. Уехали они из страны украденной. Из страны, в которой никто ни за что не отвечает.

Народ возлагал большие надежды на досрочные выборы 11-го Сейма. Ведь все партии обещали главенство закона и реформы, которые как воздух необходимы нашему государству. Увы, первые дни работы или безделья нового Сейма в очередной раз показали, что там происходит болото и цирк. И ничего хорошего народу от него ждать не приходится.

Да, в последние десятилетия появились сверхнавороченные мобильные телефоны, компьютеры и автомобили – иномарки, напичканные электроникой, которые можно в Латвии купить от 500 долларов до бесконечности, но жизнь народа от этого в лучшую сторону не меняется: нищета, безгражданство, безработица, бесправие русского языка, закрытые школы и больницы…

Через двадцать лет очередной автор сможет написать об исчезновении из нашего обихода очередной группы предметов. Все течет, все изменяется. Но сможет ли он написать о позитивных изменениях в жизни народа? О том, что люди стали жить богаче и счастливее? При нынешних руководителях и им подобных – нет.

Комментарии


Осталось символов:  4124124