Главная страница - Архив - 2009


15.12.2009   Константин Константинович СЛУЧЕВСКИЙ

(1837 – 1904)

 

Свобода торговли, опека торговли –

Два разные способа травли и ловли:

Всегда по закону, в угоду купцу

Стригут, так иль этак, все ту же овцу

 

Это четверостишие как будто написано сегодня. Впрочем такое впечатление производят многие стихи Константина Случевского, поэта, перекинувшего «мостик» от русской лирики «золотого века» до «века серебряного». Поэзия Случевского принадлежит двум эпохам. Его дебют в «Современнике» в 1860 году был восторженно встречен Аполлоном Григорьевым, Иваном Тургеневым, но был осмеян революционно-демократической критикой…

…Константин Случевский родился в Петербурге в семье сенатора. С отличием окончил кадетский корпус, служил в гвардии, поступил в Академию Генерального штаба – перед ним открывалась блестящая военная карьера. Однако вскоре Случевский вышел в отставку и занялся изучением философии, слушал лекции в Париже, Берлине, Лейпциге. В Гейдельбергском университете он получил степень доктора философии. Постепенно, но неуклонно поднимался Случевский и по служебной лестнице. В отличие от большинства поэтов, службой не тяготился. Служил в Министерстве внутренних дел и государственных имуществ и имел придворное звание гофмейстера.

Первые стихи Случевского были напечатаны в 1857 году, но настоящий дебют состоялся в 1860-м – в некрасовском «Современнике». На поэта, не ставшего выразителем «гражданских тревог», обрушился град язвительных пародий и насмешек. Дальше были заграничная жизнь и десятилетнее молчание. На переломе веков он уже признанный мэтр, окруженный учениками и почитателями; среди постоянных посетителей его «пятниц» молодые Валерий Брюсов и Константин Бальмонт. В 1902 году увидела свет последняя прижизненная книга Случевского, поселившегося к тому времени в эстонской Усть-Нарве, «Песни из уголка». Одно из стихотворений этой книги мы и представляем в нашей рубрике).

 

Ты не гонись за рифмой своенравной

И за поэзией – нелепости оне:

Я их сравню с княгиней Ярославной,

С зарею плачущей на каменной стене.

 

Ведь умер князь, и стен не существует,

Да и княгини нет уже давным-давно;

А все как будто, бедная, тоскует,

И от нее не все, не все схоронено.

 

Но это вздор, обманное созданье!

Слова - не плоть... Из рифм одежд не ткать!

Слова бессильны дать существованье,

Как нет в них также сил на то, чтоб убивать...

 

Нельзя, нельзя... Однако преисправно

Заря затеплилась; смотрю, стоит стена;

На ней, я вижу, ходит Ярославна,

И плачет, бедная, без устали она.

 

Сгони ее! Довольно ей пророчить!

Уйми все песни, все! Вели им замолчать!

К чему они? Чтобы людей морочить

И нас, то здесь – то там, тревожить и смущать!

 

Смерть песне, смерть! Пускай не существует!

Вздор рифмы, вздор стихи! Нелепости оне!..

А Ярославна все-таки тоскует

В урочный час на каменной стене...

 

1898-1902

Комментарии


Осталось символов:  4124124